14518.fb2
— Они выполнили взрывные работы там, где этого ни в коем случае нельзя было делать — в районе священной горы и прилегающей к ней лощины, веками почитаемой и оберегаемой местными жителями. Более того: они только что убили самого хозяина этой местности — Бухээ Самбу, явившегося им в образе орла. Даже самодовольное невежество не снимает с них ответственности за то, что они натворили, — сокрушался Мунко. — Теперь им не миновать возмездия. Вся бригада, а их, кажется, восемь человек, увы, не выйдет из тайги.
Веселая компания, продолжая подшучивать над ним, единодушно заклеймила бестолковых губителей природы.
— Привет, Мун! — на другом конце провода был Дамби. Его голос звучал почему-то очень взволнованно. — Что нового?
— Да ничего особенного, — буднично ответил ему Мунко. — А у тебя?
— Я-то что, — отозвался его друг. — А вот тем бедолагам действительно не повезло.
— Каким еще бедолагам? — удивился Мунко, не совсем понимая, о ком идет речь. — Маугли с Гармахой, что ли? — спросил он о приятелях, которые были с ними в тот день.
— Нет, у них вроде все в порядке. Ты что, ничего не знаешь? — продолжал допытываться Дамби. — Вчера смотрел телевизор?
Кажется, он понял, что Мунко ничего не известно, и нетерпеливо выпалил:
— Представляешь, по центральному телевидению передали сообщение о происшествии, случившемся на севере нашей республики, в районе трассы будущего газопровода. А потом и по местным каналам эту информацию повторили. Так вот, в результате землетрясения там погибла бригада изыскателей — все восемь человек. Ты меня слышишь, Мун? Повторяю, все восемь человек. Ну, что ты на это скажешь?!
Мунко растерялся, не зная, что и ответить. Уловив замешательство друга, Дамби предложил:
— Приходи, пивка попьем. Обсудим, как же тебя угораздило.
«Действительно, надо бы обсудить», — потрясенный услышанным, Мунко обрадовался приглашению, он сам не понимал, как ему удалось с такой точностью предсказать (или все-таки увидеть?!) реальные события, да еще за сотни километров от места действия.
— Жди, — коротко ответил он Дамби.
Мунко застал друга в компании двух крепких спортивного вида парней.
— А вот и наш провидец! — весело приветствовал его Дамби. Пока он знакомил его с товарищами, Слоном и Челубеем, Мунко смутно ощущал какую-то неясную опасность, исходящую от них, но не придал этому особого значения. «Я же у Дамби, свои люди», — успокоил он себя. Дамби, словно угадав его мысли, подтвердил:
— Свои парни. Они удивлены твоими невероятными способностями.
На многие вопросы Мунко не мог ответить ничего вразумительного. Почему он решил, что орел — это вовсе не орел, а всесильный хозяин местности Бухээ Самбу? Опять же непонятно, откуда он узнал, что злополучных изыскателей постигнет жестокое и неотвратимое наказание? Землетрясения он не видел, это точно! А вот ярко-синие куртки на работягах с белыми буквами на спине — ТН, которые он ошибочно принял за английские буквы Ти Эйч, он хорошо запомнил. На самом деле, поправили его Дамби с Челубеем, буквы эти были русскими и обозначали корпорацию Транснефть, в которой и работали те бедолаги. О Великом Бамуу Мунко предусмотрительно промолчал. Да, собственно, проговорись он ненароком, кто бы из парней ему поверил?
Так и не добившись ничего, друзья послали Слона в магазин за бутылкой. Однако, как ни вертел ее Мунко в руках, никаких картинок не возникало. Челубей как бы в шутку просил проверить, не изменяет ли ему его благоверная с шефом.
— Не задумываясь, прибью обоих, — бормотал он с угрозой.
— Ты слюнтяй Отелло, а не Челубей! — потешался над ним Дамби. — И как только твоя несравненная Даздраперма, или как там ее, Дездемона, терпит тебя?
Посмеявшись над незадачливым ревнивцем, приятели выпили «бескартинную» водку и послали Слона в магазин еще раз, наказав ему выбрать правильную бутылку. У Дамби была хорошая закуска, друзья разомлели, но больше всех разомлел Мунко. Развалившись в кресле, он устроился поудобнее и задремал.
Вся троица притихла, внимательно наблюдая за ним.
Мунко очнулся на холодном бетонном полу в мрачноватой подсобке какого-то нежилого помещения. В дальнем конце коридора мерцала единственная лампочка. Зарешеченные окна были плотно закрыты ставнями, и было невозможно определить, день сейчас или глубокая ночь.
«Вот и попил пивка. А неплохо бы избавиться сейчас от тела, — не без иронии подумал он, — а заодно и от похмелья». Неизвестно, сколько он так пролежал, но в следующий раз он очнулся от сильного чувства голода. Открыв глаза, он увидел перед собой алюминиевую миску с супом, запах которого, по всей вероятности, и заставил его прийти в себя. Мунко сделал попытку подняться, но не смог. Оказывается, его рука была прикована к батарее!
«Что за ерунда? — подумал он, не понимая, где он находится и что с ним происходит. — Прямо как в дурацком бандитском сериале, но где же господа бандиты?»
В это время зажегся яркий свет, и перед ним предстали «господа бандиты». Ими оказались. Дамби и Слон.
«Ну и ну, — подивился Мунко. — А Челубей, наверное, отпросился сторожить свою дражайшую Дездемону?»
— Вы что, спятили?! — обратился он к друзьям, еще на что-то надеясь. — В чем дело? Мы участвуем в съемках бурятского бандитского сериала? — предположил он, стараясь не терять присутствия духа.
— Заткнись, — грубо ответил Дамби. — Перед тем как позвать тебя, мы договорились, что проведем экспертизу твоих необычных способностей. Мы даже заранее распределили, кто какие вопросы будет задавать. Но, оказывается, картинки у тебя не всегда возникают. А для того, чтобы они у тебя все-таки возникали, причем только те, которые нам нужны, мы и решили продолжить этот эксперимент. Извини, брат, — с издевкой сказал он. — Для этого нам пришлось слегка усыпить тебя, а затем доставить сюда. Сам посуди, — огляделся он. — Место надежное, так что бежать отсюда бесполезно. А если понадобится, посадим тебя на цепь, как кавказскую овчарку, верней, как кавказского пленника. Ну, а искать тебя, сам знаешь, после смерти горячо любившей тебя матушки особо некому. Разве что Баярма немного всполошится, да и угомонится. Мы ей в этом поможем, — цинично усмехнулся он. — Слон у нас парень видный.
«Ну и мразь же ты, Дамби!» — чуть не вырвалось у Мунко, однако он промолчал, понимая, что скандалить в этой ситуации нет смысла.
— Все очень просто, мой дорогой, — продолжал откровенничать Дамби.
— Чтобы жить безбедно, мы решили грабить по крупному, включая банки, которые расплодились на каждом шагу. И мы уже готовы к этому, — добавил он.
— Но для того, чтобы ненароком не загреметь, нам нужен ты. Ты будешь нам помогать, предсказывая исход каждого конкретного налета. Я знаю, что добровольно ты вряд ли согласился бы с нами работать. Глядишь, еще и сдал бы нас, как миленьких, грешным делом. А ведь ты, как я понял, стараешься держаться от греха подальше? — и не дожидаясь ответа, жестко сказал: — Вот поэтому ты здесь. Со временем, если будешь хорошо себя вести, мы возьмем тебя в долю и поменяем тебе эту цепь на золотую. Ведь не изверги же мы, в самом деле! Ха-ха-ха, — Дамби явно издевался над своим пленником. — Ешь, пока не остыло, — по-хозяйски распорядился он.
Наглость Дамби, в особенности его надменный барский тон возмутили Мунко, и он в буквальном смысле слова вышел из себя. Ярость его была так велика, а сила внушения сокрушительна, что Дамби и Слон затрепетали от страха. Глядя в глаза своим истязателям, Мунко пообещал отправить к праотцам их жалкие души, если они сию минуту не отпустят его. Вместо того чтобы хорошенько проучить наглого заложника, горе-похитители неожиданно присмирели, покорно разомкнули наручники и открыли перед ним настежь массивную дверь. На прощание Мунко сказал:
— Зла на вас не держу. Запутались вы, не тот путь выбрали. Одумайтесь, пока не поздно, иначе, — он пристально посмотрел на Дамби, — ты обязательно сядешь, и сидеть будешь плохо. А ты. — обратился он к Слону, но не стал договаривать, бедняга и без того был напуган.
Вырвавшись из цепких «дружеских объятий», Мунко обнаружил, что план похищения был неплохо разработан. Его вывезли на самую окраину города, подальше от посторонних глаз. Он никогда здесь раньше не бывал, и потому шел наугад вдоль неказистых дощатых заборов по кривым извилистым проулкам.
«Как же так? — сокрушался он. — Ведь мы с Дамби росли вместе, жили в соседних дворах. Я даже считал его своим другом. А он ради денег готов был меня, как собаку, держать на цепи. Кто же он после этого? Ублюдок, кто же еще. Мразь и ублюдок».
Отсутствие Мунко не осталось незамеченным. На работе, правда, его особо некому было терять. Гармаха, с которым они приторговывали ширпотребом на рынке «Сагаан Морин», бессменно простоял пару дней у прилавка. Ворча, он поклялся заставить своего непутевого напарника отработать прогулы сразу же, как только он объявится. Зато Баярма изрядно поволновалась, ведь Мунко всегда, даже если просто задерживался, звонил ей или слал эсэмэски. А вообще-то, причина ее волнений была чисто женская — она беспокоилась, как бы Мунко «не спутался с кем-нибудь». Особенно часто она ревновала его к рыночной красотке — легализованной китаянке по кличке Чио-Чио-Сан. На беду Баярмы предполагаемая соперница торговала недалеко от Мунко, а значит, вполне могла охмурить его. К вечеру второго дня она, не выдержав, побежала на рынок (а вдруг они пропали вдвоем?!), но Чио, как обычно веселая и неотразимая, была на месте. Немного успокоившись, Баярма попыталась выведать что-либо у Гармахи. Тот лишь возмущался, мол, у него тоже могут быть неотложные дела! Поостыв, он, правда, вспомнил, что последний раз видел Муна, когда они вчетвером, вместе с Дамби и Маугли, отмечали победу ЦСКА. Баярма не была знакома с Маугли, но, услышав про Дамби, тотчас позвонила ему. Дамби успокоил ее, сообщив, что когда они гуляли накануне, Мун вроде бы говорил, что собирается срочно съездить по каким-то делам в район.
— Не надо никуда звонить: ни в больницы, ни в милицию. Вот увидишь, никуда он не денется, — уверял Дамби. — Максимум через неделю вернется!
На следующий день, когда Мунко наконец-то появился, Баярма принялась обвинять его во всевозможных грехах.
— Чего я только ни передумала! — ругалась она. — Весь город обегала, везде тебя искала! А ты, бессовестный такой, даже не отправил мне эсэмэску, чтобы сообщить о том, что срочно уезжаешь.
— Уезжаю? — искренне удивился Мунко. — С чего ты взяла, что я куда-то ездил?
— Мне Дамби об этом сказал, я ему вчера звонила. Еще он сказал, что ты уехал ненадолго, самое большее — на неделю.
Услышав это, Мунко в очередной раз поразился лицемерию Дамби.
«Значит, он рассчитывал меньше чем за неделю сделать из меня сообщника? Дескать, дольше я не смогу сопротивляться его гнусным издевательствам. А ведь она звонила ему, когда я еще валялся на бетонном полу, прикованный к батарее».
— Где же ты тогда пропадал? — прервала его размышления Баярма. — Признавайся, где ты был все это время?
— Меня похитили, — машинально, все еще продолжая удивляться подлости Дамби, отозвался Мунко, но вовремя осекся. Незачем ей знать эту дурацкую историю про начинающих гопников.
— Кто же тебя похитил, дорогой? — с притворной лаской в голосе поинтересовалась Баярма, уловив, что он едва не проговорился, но так и не добилась от него никаких признаний…
Хотя Мунко и Баярма встречались уже больше шести лет (пора уж и разбегаться, шутила она), они все еще не были зарегистрированы законным браком. Мама Мунко не то чтобы не одобряла их бракосочетание, но всякий раз, когда это событие назревало, она находила какой-нибудь повод, чтобы оттянуть его на неопределенное время. В конце концов она добилась того, что Баярма тихо возненавидела ее. Что еще оставалось делать бедной женщине, искренне недоумевающей, почему она недостойна простого женского счастья? Возраст? Но она знала много семей, в которых жены были так же, как и она, старше своих мужей. Находясь в положении вечной невесты, она все же старалась сохранить выдержку и терпение. Более того, она делала все для того, чтобы доказать «эгоистичной мамуле», а заодно и себе, что давно уже заслужила право на дорогого ее сердцу Мунко и не собирается его никому уступать. Иной раз у нее опускались руки от безысходности, тогда она шла к гадалкам и колдуньям, которые чаще всего оказывались обыкновенными аферистками. Однажды ей чуть не повезло. Из Монголии приехала очень сильная молодая шаманка, вызвав переполох среди женщин города. С большим трудом Баярма попала к ней на прием, но, закончив камлание, шаманка устало призналась, что столкнулась с редким в ее практике случаем: кто-то, гораздо сильнее ее, наглухо заблокировал информацию о Мунко и его будущем.