148853.fb2 Убей меня ! (Черная сага - 5) - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 17

Убей меня ! (Черная сага - 5) - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 17

Я замолчал. Ибо не знал, а что будет потом. Белун сказал:

- И я того не знаю. Да и не знал, когда он выбирал тебя, что скоро ему смерть. Но как предрешено, так и бывает. И ни тебе, ни мне, ни всей нашей Земле ничем, никак того не изменить. Хрт хочет умереть - и он умрет. Умрет и Макья. И только от твоей руки!

- Но разве боги умирают?!

- Умирают. Сперва они, а после их народ. И так всегда, везде. И так когда-нибудь умрет и руммалийский бог, потом умрут и руммалийцы. Народу легче умирать, когда его бог уже мертв. И вот Хрт и спешит, чтобы облегчить нашу смерть. А ты неблагодарен, Барраслав! Хрт отличил тебя, избрал, Хрт подарил тебе всю нашу Землю, дал отомстить Гурволоду, укоротить Стрилейфа, и он бы дал тебе - поверь! - поставить на колени Верослава, и всех других... Но час его настал, он должен уходить. Так помоги ему уйти с почетом, от меча!

- А если, - спросил я, - я все же не убью его, то что будет тогда?

- Его убьют другие.

- Кто?

- Криворотые.

- Ха! Криворотые! - я даже засмеялся. - Если они там напугали Хрт, то я вполне могу его заверить, что их-то я легко уйму!

- Молчи! - вскричал Белун.

Я замолчал, ибо никак не ожидал, чтобы Белун посмел... А он гневно спросил:

- А много ли тебе известно о них?!

- Вполне достаточно! - с не меньшим гневом отозвался я.

- Так расскажи!

Я рассказал. Я вам уже рассказывал все то, что мне о них известно, и потому повторяться не буду. Да и к тому же я уже почувствовал, что Белуну известно много больше. И не ошибся! Он сказал:

- Когда-то было так, как ты и рассказал. Теперь же... Все не так! Хрт стар и немощен. А криворотый бог юн, полон сил. А Шеломяни - бедная земля. И тесная. И потому они идут сюда. И это не война, это куда страшней! Война - это когда идет одна дружина. Ее можно остановить, разбить, а нет, ну так хотя бы откупиться от нее. А от всего народа не откупишься! Да и потом, им возвращаться уже некуда. Ты спросишь, почему, и я скажу. Они уже два года к этому готовились. А вот теперь, когда у них достаточно еды, телег и вьючного скота, когда у них, как говорят, одних лишь стрел запас в пятьсот подвод... они сожгли все свои города, все поселки, и двинулись все как один! - на нас. А почему на нас? Да потому что бог наш дряхл, Хальдер ушел, держава развалилась на уделы и мы слабы как никогда. А ведь в прошлом году, когда Земля лишилась Хальдера, а Верослав и прочие не захотели подчиняться Айге, мне тоже думалось, что еще можно все спасти! И я сделал немало: Айга бежал, Хвакир его увел, Ярлград молчал... Но Небо не обманешь! То, что должно случиться, то случается, и мы опять разрознены, слабы, и выбор пал на нас. И криворотые придут сюда и всех нас перебьют. И Хрт будет убит... И это ты, ярл Барраслав, убьешь его! Ведь так?!

Но я на этот раз смолчал, ибо что проку спорить с варваром?! Тем более, когда я сам уже наполовину варвар. Но кое-что я сохранил и от Нечиппы! И потому, поразмышляв, я так сказал:

- Возможно, ты и прав. Возможно, и убью я Хрт. Но если б он хотел, чтоб я убил его немедленно, он говорил бы так, чтоб все его услышали. А так, его пока что слышат только двое - я и ты. И потому я думаю: он просто хочет испытать меня. Что ж, я готов! И вот, - и тут я повернулся к Прародителям и продолжал: - и вот я говорю: я встречу криворотых и побью, пленю их ярла по прозванью Кнас и приведу его сюда и брошу тебе в дар, великий Хрт! А нет, так я...

И тут я замолчал, не зная, что пообещать и чем поклясться...

Как Хрт опять сказал:

- Убей меня!

А Макья молча плакала. И слезы - крупные, кровавые - катились по ее щекам. Мне стало холодно. И очень, очень страшно! И все-таки я встал из-за стола, сказал:

- Я все сказал! Как будет, так оно и будет! - и ушел.

Белун не смел меня задерживать. Хвакир не задержал. Огонь не опалил. Вернувшись в терем, я сказал:

- Я жду плохих известий из Тэнграда. Будет гонец - немедля разбудить.

И лег, и спал. Нет ничего полезнее, чем отдохнуть перед тяжелыми делами. А волноваться незачем - ведь нам дано только сражаться, а остальное все решается на Небе.

Под утро действительно прибыл гонец и рассказал, как криворотый Кнас одолел Верослава. А было это так. Криворотые не сходятся с противником для личного единоборства, а выстраиваются на возвышенном месте и начинают стрелять из луков. Стреляют криворотые отменно. И мало того, что их стрелы не знают промаха, так они еще без труда пробивают кольчуги, шлемы и щиты. А стрел пускается такое великое множество, что уже после четвертого залпа вся тэнградская дружина была повержена наземь - и криворотые сошли с холма и кинулись к Тэнграду. Тэнградский люд был до того ошеломлен, что даже не успел закрыть ворота. Люд перебили - весь. Тэнград сожгли. Назавтра дальше двинулись.

- А много ль их? - спросил я у гонца.

- Двенадцать городов, двести селений. Вся Шеломянь идет! От их обоза скрип стоит такой, что слышно за полдня пути. У них там одних стрел...

- Пятьсот подвод! - сказал я. - Это так. А что, и Верослав сражен?

- Нет, ярла жгли. У них жечь на костре - это позор. Кого сожгут, тот, говорят, уже не возвращается.

- Быстро идут?

- Не очень. Недели через две, не раньше, жди.

Я ждал. Ров, стены подновил. Погнал гонцов к Стрилейфу, Владивладу, Судимару, в Ровск и в Печальные Болота. Я говорил: "Придете - может, вместе и выстоим, а нет - поодиночке перебьют; сами решайте!"

И решили: не то что не пришли - даже гонцами не откликнулись. Вот до чего был страх!

И страх был и в Ярлграде. И я, как мог, их успокаивал. Я объяснял, что нам бояться нечего, что здесь, за стенами, с таким запасом продовольствия, мы можем продержаться целый год. Я говорил:

- Что есть у криворотых? Только стрелы. Но стрелы действенны только в открытом поле и то лишь днем, а ночью стрелы не страшны. И по ночам, - я говорил, - мы будем делать вылазки и резать их, словно свиней, а после уходить за стены и наблюдать, как с каждым днем они будут все меньше, меньше разводить костров, и как у них потом начнется голод, как среди них пойдет раздор...

Ну, и так далее. Я много говорил. И еще больше делал: ров рыл, землю носил, на стенах плотничал, учил, как правильно стрелять из камнемета - то есть как брать прицел и делать упреждение, ветер учитывать, дождь, боковое освещение... И проклинал тот час, когда они во славу Хрт сожгли все наши огнеметы. Да было бы у меня сейчас хотя бы десяток этих чудесных машин, уж бы тогда я бы Кнаса поучил!

Бы, бы! Кабы! Совсем я стал как женщина! И нервничал. Не верил никому.

Да как тут можно было верить? И кому?! Что ни прикажешь, ничего они не сделают. А сделают, так лучше бы не делали. И я кричал:

- Х-ха! Мне-то что! Сел на коня, меч в руки - и ушел, и все свое унес! А вы? Ведь ваше-то пожгут - добро, дома! Да и самих не пощадят. Живее, мухи сонные! Жи...

А! Махнешь рукой, уедешь. И сядешь в тереме, не ешь, не пьешь, а так смотришь в окно и ждешь прихода криворотых. И думаешь: а, может, прав Белун, и что должно случиться, то случается, Хрт хочет умереть - и он умрет, и с ним умрет и весь его народ. Народ как человек: приходит ему срок - и он ложится, умирает. Ну а другой народ, напротив, входит в силу и покидает колыбель, идет - и занимает дом того, кто уже лег. Вот и идут они, вот и ведет их Кнас. Вот и лежит Ярлград.

А стены ведь крепки! Припасов ведь достаточно! Да и дружина хоть куда - вот только что, этой зимой, я дважды приводил ее к победе. А нынче тьфу! Глаза бы не смотрели. И уши бы того не слышали!

Чего? Вот, например, они так говорят, что будто криворотые - это совсем не криворотые, а казнь, которую наслал на нас Подкидыш. И оттого, мол, криворотые так хороши в стрельбе, что их учил Подкидыш. И он же подучил их, криворотых, идти походом на Ярлград; он говорил: "Хочу вернуться в отчий дом, а тех, кто там сейчас сидит - под корень всех!"

И были и другие слухи, еще безумнее, не стану даже пересказывать.

Но слухи - это что! - когда уже сам Хрт не говорил, кричал: "Ярл Барраслав! Убей меня! Убей!" И этот крик был слышен даже в тереме, и этот крик не замолкал ни днем, ни ночью. Я спать не смог, ходил из угла в угол. Я гневался! Я знал - кругом все шепчутся: "Пять дней до смерти нам. Четыре. Три!" Ибо теперь уже все слышали, все ясно различали, чего же хочет Хрт.

А в первый раз он четко прокричал это тогда, когда мы собрались на капище, чтоб закалить мечи на криворотых, я думал выступать и встретить их на Засеках, и я в тот день был щедр как никогда - бросал в огонь все ценное, что только было в тереме - и восклицал:

- Великий Хрт! Я, Барраслав, твой верный сын, еще раз и еще раз говорю: я смел и я силен, удачлив и хитер - и это все благодаря тебе! И вот я подношу тебе дары - все, что нашел по терему, то и собрал, сложил, а что и ободрал со стен - и все тебе! И ничего не жаль! А мало - дам еще! Только скажи, чего еще тебе - и я...

И тут... Не знаю, почему, но я вдруг замолчал, не мог и слова вымолвить, язык окаменел. А Хрт...

Хрт закричал: