154018.fb2
- Знаете, почему Витя таким хмурым ходит? У него отец выпивает. Вы бы поговорили с отцом.
И я приглашаю витиного отца в школу и долго разговариваю с ним.
- Вэ-Я, Дима опять прогуливает. Все думают, что он болеет, а он во дворе в футбол играет.
Ох, уж этот Дима! Второгодник, переведенный из другой школы, он несколько раз ходил с нами в походы, но месяца через три бросил, не выдержав наших требований. И теперь ребята разыскивают его по дворам, чтобы усадить за книги. А когда у них ничего не получилось, за Диму взялись"старичкки".
- Что вам от меня надо, - ерепенился Дима, - я же теперь не в вашей группе!
- А вот мы соберем Штаб и постановим, чтобы ты жил у кого-нибудь из старичков. Не волнуйся - прокормим и уроки проверим. С твоей матерью тоже договоримся, можешь не сомневаться.
Дима знаком с работой нашего Штаба и потому ни в чем не сомневается.
То, что для старожилов группы было естественным, сначала удивляло школьников. Внимательно слушают они разговоры у костра.
- У Нины трудновато с деньгами, надо помочь.
- Люда опять переходит на другую работу - в чем дело?
- Саша готовится в институт, а дома вечерами не бывает - почему?
И Люда, и Саша отвечают на вопросы, а новички привыкают к тому, что в группе не может быть людей, равнодушных друг к другу.
Нет, они не были идеальными, наши ребята. Хотелось бы, чтобы новый командир, семиклассник Саша Орлов, с большей уверенностью руководил группой, а эмоциональный заряд Аннушки Барановой был чуть самокритичней. Не мешало бы и обеим нашим Маринкам ближе сойтись с коллективом, а Борису Отставнову человеку недюжинной силы и неиссякаемой доброты - научиться, наконец, правильно говорить, а не "мекать" на общих собраниях под добродушный смех товарищей. Были у нас и трое мальчишек, в которых уж очень прочно засел дух уличных компаний. Преданность группе великолепно сочеталась у них с умением при случае схитрить на работе или переброситься между собой такими словечками, за которые у нас полагался не только наряд, но и вызов на заседание Штаба. Все это не позволяло руководителям рассчитывать на безмятежный отдых во время новой поездки в Крым и в летнем карпатском путешествии.
Как бы ни были интересны для ребят наши туристские дела, все-таки главным должна оставаться учеба.
Сразу после зимних каникул школьники дали письменные объязательства: с какими оценками они предполагают закончить третью четверть. Все объязательства тщательно разбирались, и сами ребята указывали друг другу, по каким предметам они могут учиться лучше, чем обещали. Нескольким уж очень скромным туристам пришлось вносить в свои обязательства существенные поправки.
- Вэ-Я, а если мы не выполним обязательств, что тогда будет?
В Крым не возьмете, да?
- Ну почему же, в Крым поедут все. Мы только хотим посмотреть, как вы умеете держать слово. Да и силу воли у некоторых не вредно проверить.
Ребята недоверчиво улыбаются, а потом откровенно смеются:
- Вы хитрый! И вовсе ничего вы не хотите проверить, вы только учиться нас хотите заставить, и все!
Я тоже смеюсь вместе со всеми, а потом резко обрываю веселье.
- Хорошо, будем говорить откровенно. Вы что, действительно уверены, что мы ходим в походы только для вашего удовольствия? Да грош цена такому туризму, если все, что он дает, не выходит за рамки обычного развлечения. Нет, друзья, в походах мы приобретаем самое важное для вас - знания. Те знания, которые не всегда имеет возможность дать школа. В походах мы учимся жить и действовать в коллективе, и каждый из вас проверяет свои нравственные качества, а мы, взрослые, стараемся заметить все положительные и отрицательные стороны в характере каждого, чтобы сделать из вас настоящих людей. Иными словами, в походах, как и в школе, мы занимаемся вашим воспитанием, и надеюсь, это ни для кого не составляет такой уж великой тайны.
Ребята охотно соглашаются. Они не раз слышали споры старичков о системе А. С. Макаренко, о методике создания коллектива и проектировании личности. Проблемы воспитания, может быть, даже слишком часто поднимаются у нашего костра.
- Теперь подойдем к вопросу с другой стороны, - продолжаю я. - Вы посещаете школу для того, чтобы получать знания. Большинство же учится хуже, чем может, а некоторые - из рук вон плохо. Подумайте сами, что получается: приходите в школу за знаниями - и не хотите этих знаний получать! Но ведь образование - это не только ваше, но и государственное дело. Старшее поколение передает вам свой опыт, а вы будете со временем наставниками тех, кто идет за вами. Если бы это было не так, я не стоял бы здесь и не вдалбливал вам в головы такие элементарные вещи. Что же из этого следует? А следует то, что вы слабовольны и нецелеустремленны, что нет у вас твердого убеждения в необходимости взять у школы максимум того, что она может дать. Значит, вас еще нужно воспитывать. Воспитывать до тех пор, пока в каждом не появится стремление к самовоспитанию. А чтобы это стремление появилось возможно скорее, мы будем всеми способами вас к нему подталкивать. В частности, обязательствами по учебе, которые вы должны выполнить не из боязни наказания, а из уважения к группе и к самим себе тоже.
Наверное, я говорил достаточно энергично, и разговор у нас получился серьезный. Ребята сказали. что выполнят обязательства, и слово свое сдержали.
Через год мы поставили вопрос об учебе без троек, сделав исключение по нескольким предметам только троим, и ребята снова выполнили наши требования, хотя многим это далось очень и очень нелегко.
Как всегда, у нас появилась проблема со свободным временем: до двух часов - уроки. На домашние задания тоже надо часика два-три. А тут еще наши туристские дела, занятия в спортивных секциях, общественная работа - как выкроить что-то на свое личное? Но для Карпат нужны деньги. Основную часть мы получим от бухгалтерии, остальное доплачивают родители школьников. Я сказал ребятам, что негоже трепать семейный бюджет, и надо хотя бы немного, но заработать самим. Три месяца, по свободному графику, школьники трудились на картонажной фабрике, и когда наш казначей подвела итоги, оказалось, что вместо 80 рублей родители будут доплачивать от 20 до 40, а двое ребят полностью оплатили свою поездку.
Даже те мамы и папы, что сначала возражали против наших походов, скоро увидели, что дело это благое. Дети стали лучше учиться, а если они долго не приходят из школы, значит, сидят в пионерской комнате или занимаются в спортивном зале.
По воскресеньям, когда нет походов, тоже можно не беспокоиться - пошли в музей или еще куда, но опять же со мной и Валентиной Ивановной. Да и прийти пожаловаться на своих чад есть к кому - родители знают, что наше слово для ребят не пустой звук, и сами рассказывают, что дома то и дело слышат: "Вэ-Я сказал" или "Валентина Ивановна велела". Ну, а раз детям хорошо с нами, то родители, чем могли, помогали туристам. Одна мама договорилась у себя на фабрике, и нам в порядке шефской помощи выписали поролон для ковриков, отец понаделал на заводе сотню легчайших колышков для палаток, кто-то привез обломки оргстекла для разжига костров и освещения ночных биваков. Так, с миру по ниточке, мы понемногу обогащались всякими нужными мелочами, а контакты с родителями позволяли лучше узнать ребят.
Весной мы снова были в Крыму, и теперь я устраивал ребятам такие веревочные спуски и подъемы на скалах, что Валентина Ивановна призналась: больше всего ее радует отсутствие родителей на тренировках. Год общения с ветеранами группы пошел на пользу - все, что касалось дела, выполнялось по-взрослому спокойно и основательно. Уже можно было поручить восьмиклассникам позаниматься с новичками на травянистых склонах или ставить на веревочную страховку, зная, что они будут сверхвнимательны. Бытовые заботы полностью перешли в руки дежурных командиров, а если казначей или завпрод о чем-то шушукались с Валентиной Ивановной - так им же только по 13 лет! Конечно, наши школьники еще не были опытными туристами, но почти каждый прошел больше двадцати подмосковных походов, два раза ездил в Крым, и значит, для несложного путешествия в бесснежных карпатских горах был вполне подготовлен.
На Карпатах с погодой не повезло - почти каждый день ливневые дожди. Но ребята выдержали, и даже когда одно отделение, свернув не на ту тропу, потерялось в горах и полдня шло без взрослых, никто не запаниковал. Мы искали потерявшихся, переходя с одного склона на другой, вымотались до предела - и только в сумерках услышали далеко внизу чей-то голос. Командир группы Саша Орлов бросился напрямик через кусты и минут через пять закричал, чтобы мы спускались.
... У реки, привалившись к камням, сидит дежурный командир. Он хочет встать, но я удерживаю его.
- У нас все в порядке, - докладывает дежком. - Мы уже поставили лагерь, это метрах в пятистах отсюда. Ребята готовят ужин, а я пошел на разведку думал, может быть, найду вас...
Дежком вновь приваливается к камням.
- Ребята, - тихо говорит он, - вы извините, но я не смогу помочь донести рюкзаки.
- Что с тобой? - пугается Валентина Ивановна.
- Ничего. Только устал очень...
Откуда-то из темноты выныривает неунывающий Борис Отставнов, довольно шмыгает носом и подхватывает чей-то рюкзак. Мы едва плетемся за ним, но уже бежит навстречу потерявшееся отделение, и девчонки, наши милые смешные девчонки, пытаются отобрать рюкзаки у мальчишек, которые только устало отмахиваются от них.
У костра нам рассказывают, как дежком упрямо вел отделение вверх. Он нашел хорошую тропу, но она скоро уткнулась в реку, а обломки моста валялись в стороне. Тогда старшие ребята прощупали дно и перенесли на другой берег девочек.
- А я бы и сама смогла, - перебила рассказчиков Аннушка. Я уже прыгнула на камень, а Витя кричит: "Назад!" Конечно, если б он не был дежкомом, я бы дальше пошла, а так что же... Только хотела назад прыгнуть, а он кричит: "Стой!" Это же не кто-нибудь, а дежком приказывает, вот и стояла, пока он с Борисом всех не перенес, а меня последнюю. Только, если бы не запретили, я бы и сама смогла...
Мальчишки-семиклассники несколько раз уходили на поиски нашего отделения, оставляя на видных местах записки, а на последних переходах подносили рюкзаки уставших товарищей. Традиции старичков продолжали действовать и здесь, когда ветеранов группы рядом не было!
В Киеве проводим заключительное собрание. Как обычно, сначала дается общая оценка путешествию.
- Да, все понравилось. Порой было трудно, но это и хорошо - трудности надо учиться преодолевать. Что больше всего запомнилось? Ну конечно, горные переходы. И еще воскресный день в Рахове, когда все вокруг ходили в ярких гуцульских одеждах. И еще автобусная экскурсия по Львову. И еще картинная галерея. И еще... - перебирают ребята день за днем.
- А что можно сказать о нашем коллективе?
Теперь слово берут трое старичков.
- Что ж, группа хорошая, - говорят они. - Ребята дружные и все стараются делать как надо. Только вот четкости в работе не было. Вы посмотрите тетрадь дежкома - что ни неделя, то два-три наряда дается. А за что? То не сразу поручение выполнил, то в городе задержался или нагрубил кому-нибудь. Разве это дисциплина? Конечно, и сами дежурные командиры виноваты: у хороших дежкомов нарядников не бывает. А некоторых даже подстраховывать приходилось, словно они впервые в походе!
И все согласились, что нормальная жизнь отряда во многом зависит от деловитости дежурного командира.
Не вызвала особых возражений оценка личных качеств и поведения каждого члена группы. Ребята прямо указывали на недостатки друг друга и хвалили самых достойных.
Несколько неприятных минут пришлось пережить Аннушке Барановой.