— Я ищу вас, — произнёс он и вошёл. — Мне сказали в казино, что вы спрашивали меня. К сожалению, я был занят.
— Как ты меня нашёл? — спросила я, приподнимаясь.
Хок тут же подошёл и подложил мне под спину пару подушек, после чего сел рядом. Я хмуро покосилась на него. Такая же привычка была и у Кратегуса, она меня всегда раздражала. К тому же у меня по-прежнему болела шея, хотя я надеялась, что несколько часов вполне довольно, чтоб заживить две царапины.
Луис подхватил от стены стул, поставил его спинкой ко мне и сел на него верхом, уложив руки на спинку.
— Я звонил в Чесстауэр. Кинг сказал, что вы здесь.
Хок вопросительно взглянул на меня.
— Коммуникатор, — пояснила я. — По нему Кинг может отследить местонахождение любого из обитателей замка. Это удобно и с точки зрения обеспечения безопасности.
Он кивнул. Луис терпеливо ждал, когда мы закончим, после этого проговорил:
— У меня есть для вас информация. Кажется, я обнаружил след Плакальщика в других мирах.
— Где именно?
— На Дракуле.
Есть такая планета под названием Рысарыс, которую в просторечии для удобства называют более понятно — Дракула. Там живут вампиры, пакостный народец, питающийся кровью животных, но иногда и себе подобных. Не брезгуют и инопланетянами. В составе Звёздной инспекции уже давно создано подразделение, которое занимается выслеживанием и отловом рысарысских кровопийц, путешествующих по Вселенной в поисках обильных пастбищ.
— Откуда эта информация? — спросил Хок.
— От моего предка Ринальдо Оливареса. Он живёт там.
— Ну как же… — усмехнулся Хок. — Очаровательный и романтичный Ринальдо. Так ты его родственник?
— Прямой потомок по мужской линии, — с гордостью сообщил Луис. — Говорят, я очень похож на него.
Он вытащил из внутреннего кармана пиджака круглый медальон на цепочке и бросил мне. Открыв медальон, я увидела старинную миниатюру, изображающую красивого юношу с густыми чёрными кудрями и огненными глазами. Его портила только излишняя бледность. Луис мог выглядеть так лет в семнадцать.
Хок посмотрел на портрет и кивнул.
— Да, это он. Мне как-то пришлось доходчиво объяснить ему, что с его замашками нечего делать на планетах Объединения Галактики. Мне показалось, что он достаточно умён, чтоб принять мои аргументы.
— Он и ещё несколько аристократов живут на Дракуле и пользуются там почётом, — сообщил Луис таким тоном, словно сетовал, что население Луарвига не так хорошо воспитано, как маленькие кровопийцы Рысарыса. — Их считают богами. Они живут в замках на вершинах гор в окружении придворных, в том числе и людей, которые с радостью предоставляют им свою кровь для питания.
— Звучит ужасно, — поморщилась я.
Луис пожал плечами, словно говоря: «Вам не понять…», и перешёл к делу.
— Меня обеспокоило появление Плакальщика, прежде всего потому, что он пьёт кровь. Это могло бросить тень на нашу общину. К счастью, скоро стало ясно, что это не обычный вампир, а нечто магическое. Я связался с нашими соплеменниками в разных мирах, но никто из них ничего не знает. Про Ринальдо я даже не вспомнил, но мой кузен Мигель посоветовал мне обратиться к нему. Ринальдо слишком долго живёт на свете, и это не может не сказываться на мозгах, — в его голосе прозвучало раздражение. — Он, и правда, возомнил себя богом и ему нужно сделать над собой невероятное усилие, чтоб снизойти до нормального общения. К тому же я слишком дальний потомок. Он почему-то считает, что моё место в пелёнках. Только когда до него дошёл смысл вопроса, который я задал, он, наконец, перестал выпендриваться. Вот что он рассказал.
Несколько лет назад один из его приятелей, такой же придурок с манией величия, привёз откуда-то в качестве то ли реликвии, то ли сувенира каменный гроб, в котором был якобы похоронен некий вампир, живший в Аравии. Ринальдо и прочих его дружков аравийский вампир не заинтересовал, у них свой сплочённый кружок выходцев из Европы. Они даже на американских и австралийских собратьев смотрят как на плебеев. Короче, этот коллекционер спрятал свое неудачное приобретение в подвал и забыл о нём. А через некоторое время объявился Плакальщик, вернее, они прозвали его Чёрным Монахом и объявили на него охоту. То ли это ему не понравилось, то ли его не устроило качество еды, но вскоре он исчез с Дракулы. И только годом позже тот коллекционер обнаружил, что каменный гроб в его подвале взломан изнутри и пуст. Поскольку никаких аравийских вампиров в той местности не светилось, они сделали вывод, что в гробу находился Чёрный Монах. Вот и вся история.
Он задумчиво смотрел на меня своими тёмными глазами, в которых изредка пробегали красноватые отблески.
— Что это был за гроб? — спросила я.
— Выточенная из песчаника продолговатая коробка, закрытая сверху плитой. Щели между крышкой и стенками гроба были замазаны каким-то составом, похожим на цемент, но с примесью человеческой крови, как потом выяснилось. На крышке были искусно вырезаны два четверостишья на арабском языке. Старик снизошёл до того, что сбросил мне голографический снимок крышки и даже перевод, сделанный одним из его подданных, знающим арабский.
Он достал кожаное портмоне и вынул оттуда небольшую карточку. Хок взял её и подал мне. На лицевой стороне было объёмное изображение каменного рельефа арабской вязи, хорошо видное благодаря голографии. На обороте чётким почерком были написаны восемь строк:
Пока за кругом спит гончар,
Пока в походе янычар,
Разбей кувшин и пей вино –
Источник юности и чар.
Так пьянствуй годы и века,
Покуда правая рука
Не нанесёт тебе удар
Звездой алмазною клинка.
Мы с Хоком переглянулись, он вздёрнул левую бровь и пожал плечами.
— Я не специалист в восточной поэзии.
— Я тоже, — призналась я и посмотрела на Луиса. — В гробу что-нибудь осталось?
Он покачал головой.
— Его осмотрели очень внимательно. Больше ничего. Совершенно пустой ящик с гладкими, слегка выщербленными временем стенками.
— Но хотя бы какого периода был этот ящик, они выяснили? — нахмурился Хок.
— Зачем? — пожал плечами Луис. — От них эта тварь убралась, и она их больше не интересовала. К тому же не думаю, что Ринальдо что-нибудь слышал о радиоуглеродном анализе и прочих премудростях…
— Ну, в ракетных двигателях он разбирается очень даже неплохо, — проворчал Хок. — Можно получить образцы этого песчаника?
— Нет. Они разбили гроб и выбросили его осколки в море. В знак презрения к его владельцу. Один из дурацких обычаев предков.
Я кивнула.
— Спасибо, Луис.
Он задумчиво смотрел на меня, потом прищурился.
— Что у вас с шеей? Вас тоже покусала эта тварь?