— Нет, прости.
Он кивнул.
— Было мало шансов. Слишком много выходов из конференц-центра, и царил полный хаос.
— Нашли окровавленную одежду?
— Группа криминалистов не нашла, они вернулись раньше после проведения обыска. — Он пересёк комнату и подошёл, встал рядом возвышаясь над ней, пока смотрел в компьютер. — Если подумать — это действительно идеальное место. Все эти люди, многие из них уже сильно пьяны, что едва могут держаться на ногах… а если даже не пьяны, то, скорей всего, им было что обсуждать. Они и не вспомнят, что видели. Добавь маски и темноту, и у тебя полная анонимность. Если хочешь совершить преступление, причинить кому-то боль… сделай это прямо там. И никто не узнает.
Она задрожала, потому что его голос стал таким ледяным.
— По-твоему именно этим он занимается? Убивает в толпе… последние несколько лет?
— Это имеет смысл. Первоклассное охотничье угодье.
А вот это жутко. Но она ничего не произнесла, потому что точно знала, что именно Беннетт делает — он составляет психологический портрет убийцы. Вероятно, он делал это раньше, когда работал над тяжкими преступлениями. Она хотела услышать, что ещё он скажет.
— Его жертвы похоже друг на друга, — произнесла Айви, когда повернула голову, чтобы посмотреть на него. «Похожи на меня».
— И скорей всего именно поэтому он сейчас в восторге, — глаза Беннетта заблестели. — Судьба только что подбросила тебя прямо ему в руки. Ещё одна идеальная жертва.
Она тут же вскочила на ноги и их тела соприкоснулись.
— Я ничья жертва. — «Да чёрта лысого».
— Айви, — он со вздохом произнёс её имя. — Я тоже поискал о тебе информацию.
Справедливо. Она же покопалась в его прошлом и…
— Почему ты так сильно любишь опасность?
Она вздрогнула от этого вопроса.
— Дело не в опасности. Возможно, я просто хочу помочь кому-то другому. — И именно этим она и занималась… пыталась помочь. Пыталась спасти чужую жизнь.
Дедушка хорошо обучил её, и она любила работать в бизнесе частных детективов. И дело было не только в ажиотаже, который возникает во время работы. Дело в том, что она могла сделать. Разница, которую создал её дедушка.
Её отец пытался разрушить и сжечь это наследие, но она была полна решимости восстановить дело. Айви тяжело вздохнула.
— Деньги и власть могут многое сделать в этом мире. И наверняка могут спрятать большинство грехов.
— Таких как у твоего отца?
— Я знаю, что ты ненавидел его. — Нет никакого смысла притворяться кому-то из них. — Он шантажом проложил свой путь к власти. Он скрыл своё прошлое, убедился, что скелеты в его шкафу так и останутся не тронутыми, но я — не он.
— Я никогда и не утверждал этого.
— Да, но ты иногда просто осуждающе смотришь на меня, думая, что я вылеплена из того же теста. — Почему она думала, что что-то изменится? — К чёрту, Беннетт. Пошёл ты. — Она оттолкнула его и направилась к двери.
Она сделала всего несколько шагов, когда он её поймал. Он схватил её за запястье и развернул к себе лицом. Кабинет и так был маленький, а с их телами, располагающимися так интимно друг другу… он, конечно, ощущался ещё чертовски меньше.
— Ему с рук сошло убийство, — прошептал Беннетт.
Да, так. Но только на время.
— Он был пьян той ночью, Айви, — продолжил Беннетт. — Он убил её. А копы и СМИ просто позволили ему выйти сухим из воды.
Она подумала о той чудовищной аварии со взрывом. О том, как пламя взметнулось в небо. Она оказалась там сразу же после аварии. Они с Беннеттом приехали вместе. Она видела последствия.
И приняла всю тяжесть боли Беннетта, даже тогда.
Его тетя находилась в той машине. Его тетя… она оказалась той, в кого поздно вечером сенатор ДюЛейн врезался на своём BMW после того, как выпил слишком много в своём доме. Его машина врезалась прямо в её, и тетя Беннетта… так и не смогла избежать пламени.
Но копы и пресса рассказывали совершенно другую историю. Скользкие дороги. Слишком сильный дождь. Трагический несчастный случай.
Непредумышленное убийство.
И что бы ни говорили Беннетт и его мать — им никто не поверил. Чёрт, в ту ночь у сенатора даже не был взят анализ крови на алкоголь, или… даже если и был, то он позже просто исчез.
«Деньги и власть».
Та ночь разлучила их с Беннеттом. Он так разозлился. Был полон ярости. И решимости добиться справедливости.
Он уехал из города. Вступил в ФБР.
А она…
«Осталась. Пытаясь сделать мир лучше. Пытаясь искупить вину. Просто это не всегда приносило мне пользу».
— Я не мог здесь оставаться, — произнёс Беннетт. — Не после этого. Не при том, что весь остальной мир обращался с ним, как с какой-то проклятой жертвой.
Нет.
— Он пытался откупиться от нас, — признался Беннетт.
Она знала это, и это ещё сильнее разбило ей сердце.
Желвак дернулся на его челюсти.
— Моя мать взяла эти деньги. Взяла его пятьдесят тысяч, даже не оглядываясь.
Мать Беннетта убралась из города и никогда больше не возвращалась. Отец Беннетта умер, когда он был ещё ребенком, как и мама Айви, и Беннетт…
— Зачем ты вернулся? — спросила Айви. Она правда не думала, что для него что-то осталось в этом городе.
— Ты не знаешь? — его глаза заблестели, глядя на неё, когда голова начала наклоняться ближе.