47051.fb2
- Позор, - сказал Гришка, выслушав Лизин печальный рассказ. - Я тут сижу, кричу на тот берег, а нужно совсем о другом кричать. Пойдём к моему дяде Феде. Он нам поможет. Он одиноко скучает без дела.
Гришка неправду сказал - был не в курсе. Пока он прогуливался по деревне, дядя Федя сбегал в правление колхоза, провозгласил себя бригадиром дачников на покосе и сейчас энергично действовал у кухонного стола.
- Будем жарить баранину, - сказал дядя Федя. - Мне для ударной работы мясом заправиться нужно. Баранину я помыл, уксусом сбрызнул, перцем и солью посыпал, луком проложил. Пусть пропитывается. Ты поди на берег в ольшаник, там я видел две ольхи сухие, кем-то срубленные. Ты со своей подружкой приволоки их сюда. Уголь у ольхи стойкий, жар ровный - царские дрова. Раньше ольхой Зимний дворец отапливали. Она аромат прибавляет.
- Дядя Федя, пожалуйста, дайте совет.
- Это потом, - сказал дядя Федя. - Я сегодня, не поев баранины, не способен к оригинальным мыслям.
- Пойдём, - сказал Гришка девочке Лизе.
Тогда они притащили ольху.
Дядя Федя развёл костёр. Поджарил баранину на шомполе от старинного ружья. Когда они поели и облизали пальцы, дядя Федя сказал:
- Выкладывайте.
Гришка изложил Лизин рассказ в сокращённом и усиленном виде.
- Разве это беда? - сказал дядя Федя и посмотрел на Лизу по-своему, как бы вбок, но всё же прямо в глаза. - Эх, беда-лебеда! А ты не пробовала перейти речку вброд?
- Это ещё зачем? - В Лизином вопросе, как распаренная каша, пыхтела обида. - Буду я ноги мочить в новом платье...
- Ладно. Придётся снасть делать... Как зовут твою жучку?
- Шариком, - сказала Лиза.
- Какой размер?
- Маленький. Ему, наверно, три месяца. Такой, если взять без хвоста. - Она показала размер, какой бывает коробка из-под вермишели.