60186.fb2 Продаются Natashi - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 21

Продаются Natashi - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 21

Я видела этот доклад. Он касался особо тяжких преступлений, подлежащих расследованию. В нем высказаны серьезные сомнения относительно местного представительства ООН, приведены данные о румынском офицере экспедиционного корпуса и его жене, державших бордель. Когда доклад был предложен вниманию следователей, они отмахнулись: дескать, их задача - определить, не было ли здесь систематических злоупотреблений, а для этого у них и так достаточно информации.

Так почему же ООН игнорирует свой собственный доклад? Возможно, ответ на этот вопрос дали сами следователи, объяснив Мадлен Рис цель своего приезда: "Они сказали мне, что находятся здесь для того, чтобы опровергнуть утверждения Катрин Болковач".

Заключения Службы внутреннего надзора безоговорочно оправдали Жака Кляйна, руководителя миссии ООН в Боснии. Но им не очень-то верили, и словечко

"прикрытие" эхом пронеслось по коридорам здания. Кляйн ответил выпуском пресс-релиза, в котором возвестил о своем успехе. Прежде всего он похвастался "политикой нетерпимости к сексуальным и прочим должностным преступлениям". Он не скрывал, что в ряде случаев офицеры получили отставку: "Высшей мерой наказания для правонарушителей является отстранение от службы в ООН и отправка на родину... Именно так мы поступили с двадцатью четырьмя офицерами международной полиции, среди них - восемь американцев". Однако это признание смягчалось теплой благодарностью в адрес десяти тысяч полицейских офицеров, с 1996 года прошедших службу в экспедиционном корпусе: "Абсолютное большинство из них работало на высоком профессиональном уровне, к чести как своей родины, так и Соединенных Штатов".

Что же касается самого предмета разбирательства, то Кляйн был краток: "Могу заверить вас в том, что за время моего пребывания в должности никто никого не покрывал". Он подчеркнул, что обвинения, выдвинутые против DynCorp и американских служащих миссии, проверены не только Службой внутреннего надзора ООН, но и самим Госдепартаментом США. "Все пришли к одним и тем же выводам, - заявил он. - Обвинения безосновательны".

Далее Кляйн наносит сокрушительный удар. Негативное освещение деятельности миротворцев мешает адекватному восприятию проблемы:

Несвоевременные и несправедливые намеки на некомпетентность миротворцев ООН отвлекают внимание от тех, кто в конечном счете несет ответственность за торговлю людьми. Мы должны сосредоточить усилия на коррумпированных правительственных чиновниках и организованных преступных формированиях, которые ведут торговлю и придают ей размах.

Несомненно, именно такая установка годом раньше превратила рейд на три публичных дома в северобоснийском городке Прижедоре из благородной спасательной операции в дешевый цирк.

Экспедиционный корпус все никак не мог оправиться

от подрывной деятельности Болковач, бросившей черную тень подозрений на высшее командование ООН. Нужно было как-то продемонстрировать серьезный подход к торговле людьми. Выход один: показательный рейд. 13 ноября 2000 года международная полиция атаковала три заведения в Прижедоре. Бары, где, по слухам, работали проданные женщины, назывались Crazy Horse 1, Crazy Horse 2 и Masquerade. Через два дня пресс-релиз ООН трубил об успехе: "Это была самая масштабная на сегодняшний день операция полиции Боснии и Герцеговины, направленная против торговли людьми и насильственного вовлечения в проституцию". Тридцать три спасенные женщины - уроженки Румынии, Молдовы, России и Украины - были названы "жертвами трафика, принужденными к занятию проституцией". Некоторым, похоже, было не более четырнадцати лет.

Отгремели фанфары, и через неделю рейды вновь вернулись на первые полосы. На сей раз, однако, ключевой фигурой в них был не экспедиционный корпус, но владелец баров Милорад Милакович, задержанный по обвинению в принуждении женщин к проституции. Мила-кович решил созвать собственную пресс-конференцию в предместье городка Баня-Лука недалеко от Прижедора. В Баня-Луке есть пресс-клуб, однако Милакович разыграл свой спектакль на обочине проселочной дороги. Причина, объяснил он собравшимся репортерам, в том, что местная полиция запретила ему въезд в город.

Пресс-конференция представляла собой нелепое зрелище. Вдоль дороги топтались несколько громил в черных кожаных куртках. Они держали самодельные плакаты, отчего мероприятие смахивало на профсоюзную забастовку. Один плакат, не блещущий творческим воображением, гласил просто: "Полиция ООН, вон отсюда!" Другой целил в конкретную личность: "Дэвид не миротворец, а извращенец".

Милакович, сам бывший полицейский, находившийся тут же вместе с женой, сыном и двумя "танцовщицами" из его клубов - Кристиной и Луизой, с видом оскорбленной невинности пустился в разглагольствования. Прежде всего он набросился на экспедиционный корпус, заявив, что шестеро офицеров были у него завсегдатаями, и вот, пожалуйста, они же на него нападают в составе оперативной группы неделю назад. Более того. Предприниматель назвал рейды "не спасательной операцией, а сведением счетов".

Дальнейшее заявление Милаковича имело эффект разорвавшейся бомбы. Он рассказал, что офицеры экспедиционного корпуса потребовали от него взятку в 10 тысяч долларов, а когда он отказался, в отместку разгромили его бары. Одного он назвал - имя Дэвид стояло на плакатах, которые таскали его наемники. Дэвид требовал не только ежемесячных взносов за "крышу", но и бесплатного секса с танцовщицами. Милакович сообщил, что у него есть аудиозаписи и очевидцы для подтверждения сказанного.

Руководство ООН в Сараеве отмахнулось от Ми-лаковича как от безумца, одержимого местью... но его компрометирующие утверждения так и не были опровергнуты.

Следующий день принес очередную порцию плохих новостей о "хороших" рейдах. Согласно пресс-релизу ООН, рейды были организованы местной полицией При-жедора под руководством сотрудников международных полицейских сил. Теперь же высокопоставленный чиновник боснийского правительства во всеуслышание заявил, что местная полиция в рейдах не участвовала вообще. То есть экспедиционный корпус никем не руководил, а самостоятельно запланировал и осуществил операцию. Это прямо противоречило мандату полиции ООН - помогать и наблюдать, - а также внутренним процедурам и инструкциям, требующим, чтобы все рейды проводились местными правоохранительными органами.

Репортеры почуяли недоброе и начали охоту на Алана Робертса, официального пресс-секретаря экспедиционного корпуса в Баня-Луке. Два дня Робертса нигде не могли найти. Когда он в конце концов объявился, его засыпали вопросами, на которые он лаконично отвечал: "Без комментариев". Подтвердить или опровергнуть существование Дэвида Робертс отказался.

Однако вскоре репортеры сами догадались, кто такой Дэвид. Согласно источникам в полиции ООН, он был не командиром, но рядовым полицейским. Ирландец по происхождению, он имел не то британское, не то американское гражданство. Ходили слухи, что он любит красивых женщин, попойки и дебоши. После сенсационного налета неуловимый Дэвид исчез из Прижедора, а затем и вовсе покинул Боснию. Еще несколько полицейских экспедиционного корпуса, участвовавших в рейде, поймали такси и рванули в аэропорт. В конце ноября Робертс, осторожно подбирая слова, выступил с публичным заявлением. Отказавшись назвать офицеров поименно, он сообщил, что шесть человек отправлены домой: "Они отстранены от службы за превышение полномочий и... неподобающее поведение и нарушение кодекса ведения операций миссии ООН".

Мадлен Рис нисколько не сомневается, что под "неподобающим поведением" подразумевалось и частое посещение публичных домов. Рис лично опросила всех освобожденных "танцовщиц". Девушки признались, что регулярно обслуживали полицейских экспедиционного корпуса международных полицейских сил ООН.

Шестеро уволенных офицеров отделались легко, но и Милаковича лишь слегка ударили по рукам. Через несколько недель он снова занимался своим бизнесом.

Пока миссия ООН в Сараеве лихорадочно пыталась

смыть пятно с репутации, вокруг боснийского трафика разгорелся другой скандал, на этот раз с гражданскими подразделениями миротворцев. Речь шла об американских рабочих, нанятых DynCorp для ремонта вертолетов "апач" и "блэкхоук" на военной базе США в окрестностях северного города Тузла. Дело не получало огласки до тех пор, пока на следующий год, в июне 2000 года, DynCorp не уволила двух сотрудников. Спустя два месяца авиамеханик Бенджамин Джонстон подал на компанию в суд города Форт-Уэрт, штат Техас.

Джонстон заявил, что его уволили за разглашение сведений о сомнительных ночных развлечениях коллег. Как следует из судебного иска, Джонстон своими глазами видел, как его начальники и товарищи по работе "покупают и продают женщин для личных удовольствий". Причем некоторые даже хвастались "возрастом и талантами приобретенных рабынь". По мнению Джонстона, причиной его отстранения от службы явилось стремление DynCorp сохранить "как свое положение в Боснии, так и возможность беспрепятственно покупать и продавать женщин, несовершеннолетних девочек, огнестрельное оружие и поддельные паспорта, а также свободно посещать публичные дома".

Не успел Джонстон в начале августа 2002 года в сопровождении адвокатов войти в здание суда, как DynCorp без лишнего шума удовлетворила материальную часть иска.

Незадолго до того я разговаривал с Джонстоном в его родном городе Лаббок, штат Техас. Он все еще страшно переживал из-за увиденного в Боснии и откровенно рассказал свою историю.

Он служил в американской военной части в Иллис-гейме, Германия. В один прекрасный день к нему обратился агент DynCorp, расписывая перспективы карьерного роста в компании, в том числе возможность участия в миротворческих миссиях за рубежом. Предложение звучало заманчиво. И вот в начале 1999 года Джонстон получил отставку с положительной аттестацией и подписал контракт с DynCorp на работу в Боснии. Его отправили в военный лагерь "Команч" неподалеку от Тузлы, где ему предстояло следить за исправностью авиационной техники. За несколько месяцев громадный, под два метра ростом, техасец потерял покой.

В городе, куда ни глянь, гуляют эти молоденькие девочки с мужиками намного старше их - с моими коллегами. Ребята лапали их без стеснения... В ангаре каждый день кто-нибудь говорил: "Я достал себе такую-то и такую-то". Поначалу я не знал, что девочек покупали как рабынь, но чем дольше там работал, тем отчетливее понимал, что происходит.

Его голос срывается от гнева, когда он вспоминает особенно неприятный эпизод.

У нас была рождественская вечеринка, и все привели с собой рабынь. Один парень притащил сразу трех девчонок. Одна клала ему пищу в рот, другая наливала напитки, третья зажигала сигареты. Он просил нас называть его Дядя Сутер. У него и в самом деле была доля в публичном доме "Атлантис", и он похвалялся, что ездит в Сербию за женщинами. Ребята то и дело бросали что-то вроде: "В выходные поеду в Сербию, возьму трех девочек". Они говорили об этом совершенно спокойно, как будто так и надо, а потом хвастались, сколько заплатили за "товар" -обычно где-то от боо до 8оо долларов. С течением времени они вели себя все наглее. Рассказывали, как, отправляясь на работу, запирают девочек, чтобы те не сбежали. А однажды я услышал, как рабочий DynCorp гордо заявляет, что его девочке двенадцать лет, ни больше ни меньше.

Джонстон пытался повлиять на коллег, объяснить, что они поступают "просто безобразно". Те не обращали на него никакого внимания, и он отправился к начальнику участка Джону Хирцу. "Он посоветовал мне не беспокоиться.

Сказал, что никто не имеет права следить, чем занимаются американцы в свободное время. Намекнул, чтобы я не лез не в свое дело... В то время я еще не знал, насколько он сам во всем этом замешан".

Путем осторожных расспросов бывший солдат выяснил, что в Боснию девочек контрабандой ввозит из Восточной Европы сербская мафия. С фальшивыми паспортами их продают - в том числе его коллегам и начальникам - по расценкам до полутора тысяч долларов за каждую. Рабочие DynCorp держали купленных невольниц в своих квартирах и пользовались ими, как вздумается.

"Представьте себе борова под сто восемьдесят кило, -говорит Джонстон. - И в его распоряжении девочка, совсем ребенок. У меня сердце разрывалось, когда я видел эту пятнадцатилетнюю крошку рядом с ним... У нее на лице было написано, что ей жизнь не мила..." Как-то Джонстон пригласил одного сослуживца домой на обед. "Старому козлу седьмой десяток стукнул, а он приходит с четырнадцатилетней девочкой. Моя жена была в шоке".

Хотя ему неоднократно советовали не высовываться, Джонстон довел свое беспокойство до сведения администрации. Но в "маленьком мужском клубе боснийского филиала DynCorp" все осталось по-прежнему, зато Джонстону вскоре объявили бойкот. "Ребята просто перестали разговаривать со мной. Меня стали обходить стороной и выживать. Я был одним из немногих хорошо подготовленных и высококвалифицированных работников с лицензией авиамеханика. Так они под конец поставили меня мыть самолеты, ведь я не входил в их мужской клуб".

Пристыженный и расстроенный тем, что не смог заставить руководство DynCorp наказать своих заблудших рабочих, он обратился в Отделение криминальных расследований (ОКР) армии США. Опасаясь мести со стороны сербской мафии и служащих DynCorp, к Джонстону и его жене Денизе немедленно приставили охрану. Во время расследования Джонстон тесно сотрудничал с ОКР, сознательно идя на немалый риск. "Я всюду ездил с их следователями, показывал дома, где держали женщин, и фургоны DynCorp, ночи напролет стоявшие на парковках возле борделей".

В начале 2000 года группа оперативников ОКР при поддержке военной полиции обыскала ангар, принадлежащий DynCorp. В числе добытых улик оказалось порнографическое видео, которое военным следователям передал Кевин Вернер, рабочий компании. Вернер под присягой признался в покупке румынской женщины с целью "освобождения" ее от проституции. Он назвал имена других сотрудников DynCorp, купивших себе женщин. Самой позорной уликой была видеозапись с начальником участка Джоном Хирцем в главной роли. Любительская съемка запечатлела, как Хирц упоенно занимается сексом с двумя женщинами. Одна из них явно пытается сопротивляться, но он не слушает ее протестов.

Видео сделал Хирц, однако Вернер потихоньку изготовил себе копию для подстраховки. "Я сказал ему, что у меня есть копия и что я хочу, чтобы ко мне относились по-честному. Чтобы, если уж меня уволят или временно отстранят, так из-за работы, а не из-за того, что ему не нравится моя физиономия".

Тогда следователи ОКР отправились к Хирцу - тому самому, кто первым посоветовал Джонстону заниматься своими делами. Как видно из протокола допроса, следователь спросил Хирца, был ли у него секс со второй женщиной, запечатленной на пленке.

"Да", - ответил Хирц.

"Вступали ли вы в половой акт с ней после того, как она сказала вам "нет"?"

"Не помню, чтобы она так говорила. Наверное, это кто-то другой сказал".

"Кто?"