85616.fb2 Две башни - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 11

Две башни - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 11

– Веди нас, повелитель! – вскричал он, взмахивая зазубренным мечом. – Прости меня, я думал...

– Ты думал, что я остался во дворце, согбенный, как старое дерево под тяжестью снега, – сказал Теоден. – Так оно и было, когда вы уходили в битву. Но ветер с запада отряхнул мои ветви, – он обернулся к своим воинам. – Дайте ему свежего коня и пусть он ведет нас на помощь Эркенбранду!

Накануне ночи они успели занять крепость Хорне раньше, чем туда подоспели войска Сарумана. Замок был могуч и неприступен, в нем можно было отбить любую атаку и выдержать длительную осаду.

Арагорн с Эомером обошли стены и ворота, намечая оборону. Но Гэндальфа с ними не было. Еще на закате белый конь умчал его так стремительно, что никто даже не заметил, в какую сторону он скрылся.

Едва успели военачальники расставить воинов по местам, как во мраке раздались свирепые вопли, и враги кинулись на стены со всех сторон. Среди них было множество орков, но еще больше – дикарей, которых Саруман восстановил против ристанийцев лживыми слухами. Дикари жаждали мести, орки – крови и уничтожения.

Битва продолжалась всю ночь. Арагорн и Эомер сражались плечом к плечу. Леголас трижды опустошал свой колчан и трижды наполнял его собранными среди убитых врагов стрелами. Гимли устал после длительной скачки в седле с Эомером, но с первым же взмахом топора забыл об усталости и валил орков и дикарей, словно сноровистый дровосек в лесу. Несколько раз за ночь он встречался с Леголасом, и они сравнивали счет убитых ими врагов.

– Три, – сказал Гимли после первых своих ударов, снеся головы оркам, окружившим Эомера.

– Только-то, – фыркнул Леголас. – У меня не меньше двадцати. – Двадцать один, – заявил Гимли после того, как они отбили нападение на ворота.

– У меня – две дюжины, – ответил эльф. – Пришлось пустить в ход кинжал, стрелять было тесно.

Снова и снова кидались враги на стены и ворота, снова и снова защитники замка отбрасывали их. Нужно было продержаться до восхода солнца, которого ни орки, ни дикари не любят, но так велики были силы и ярость нападающих, что Теоден, стоявший на площадке самой высокой из башен, начал терять надежду.

– Об этом замке говорят, что он никогда не уступал силе, – сказал он Арагорну, пришедшему сообщить о ходе сражения, – но я начинаю сомневаться, выдержит ли он на этот раз. Если бы я знал, как силен Скальбург, даже советы Гэндальфа не заставили бы меня выступить. Сейчас они не кажутся мне такими добрыми, как утром.

– Сражение еще не кончилось, – устало заметил Арагорн.

– Да, но конец скоро наступит, – с горечью ответил правитель Ристании. – Я не хочу умирать здесь, как зверь в ловушке. Наши кони стоят во дворе. На рассвете мы предпримем контратаку. Или пробьемся или падем со славой. Вы поддержите нас, сын Арахорна?

– Да, – твердо ответил Арагорн.

Простившись, он поднялся на стены, не обращая больше внимания на стрелы врагов. На востоке светало. Арагорн поднял руку, показывая, что желает говорить. Орки перестали стрелять, но завизжали, кривляясь, и начали осыпать защитников замка насмешками, похваляясь, что перебьют всех до единого.

– Убирайся со стены! – кричали они Арагорну. – Долой, пока тебя не подстрелили! Тебе нечего сказать нам!

– Нет есть! – звучным голосом ответил он. – Слушайте меня! Этот замок никому не взять силой. Если вы не уйдете, с рассветом никого из вас не останется в живых. Некому будет даже сообщить о вашей гибели. Вы еще не поняли, что грозит вам!

Одинокая фигура над разрушенными воротами дышала такой силой и величием, что дикари оробели и начали озираться по сторонам, а иные даже поглядывали на небо, словно ища там угрозу, о которой говорил Арагорн. Но орки завыли и захохотали еще громче. Град стрел взметнулся снизу, но не одна не попала в него.

Арагорн вернулся к Теодену. Правитель созвал свою свиту, отряды сомкнули ряды и через разрушенные ворота ударили на врага. Их атака была столь неожиданной и яростной, что орки и дикари не устояли. Вместе с отрядом Теодена на врагов кинулось множество воинов, до этого укрытых в пещерах среди холмов. Их вел Эомер. Враги в ужасе заметались, не зная куда бежать, они уже повернули на запад, но оттуда в полном молчании появился и встал на гребне белый всадник на белоснежном коне. За ним видны были ряды воинов, сверкал белый лес мечей и копий.

– Белый Всадник! – вскричал Арагорн. – Гэндальф вернулся!

– Митрандир! – подхватил Леголас. – Это он!

Отряд Теодена остановился. Люди оглядывались, не узнавая местности. За одну ночь зеленая долина и травянистые холмы покрылись вековым лесом. Ряд за рядом, сплетаясь ветвями, стояли могучие деревья, хмурые и молчаливые, окутанные тьмой. Между лесом и войсками ристанийцев оставалась лишь неширокая полоса. На ней сбились, ища спасения, орки и дикари, стеная и вопя от страха. В конце концов, дикари побросали оружие, упали на землю и лежали неподвижно, но орки в смятении кинулись прямо в невесть откуда взявшийся лес. Они скрылись в тени деревьев, но оттуда не вышел ни один...

Утро было светлое и ясное. Ристанийцы радостно окружили своего правителя. Теоден радостно приветствовал племянника, а тот благодарил Гэндальфа за неожиданную помощь.

– Вы искусный маг, Гэндальф Белый, – почтительно сказал Эомер.

– Я не так уж много сделал. Добрый совет в опасности, да быстрота коня, остальное свершила сила и отвага ваших воинов, – тут Гэндальф заметил, с каким изумлением многие смотрят на безымянный лес. – Это диво я вижу не хуже вас, – сказал он, – но я здесь не при чем. Никакому магу это не под силу. Надо сказать, оно, это чудо, превосходит все мои замыслы.

– Если это не ваше колдовство, то чье же? – изумился Теоден. – Не Сарумана же! Неужто на свете есть еще такой же могучий кудесник?

– Я думаю, за разгадкой надо ехать в Скальбург, – ответил маг.

– В Скальбург? – вскричали все.

– Да, в Скальбург, но ненадолго, потому что мне пора на восток. Я хочу поговорить с Саруманом, и поскорее. А так как он причинил Ристании большой вред, то будет только справедливо, чтобы при разговоре присутствовал правитель. Можете вы ехать?

– Я устал, – вздохнул Теоден, – пришлось много ездить и мало спать, а моя усталость – увы! – не притворство, и она вызвана не только нашептываниями Гримы Черного. Едва ли даже у тебя найдется лекарство от нее.

– Хорошо, – решил маг, – отдохнем до вечера. Много людей нам не понадобится. Мы едем для беседы, а не для битвы.

Теоден отослал гонцов с известиями о победе и приказал Эомеру с двадцатью воинами сопровождать его в Скальбург. С ним вызвался ехать Арагорн, Леголас и Гимли. Гном был ранен, но не опасно.

По приказу Теодена дикари, сдавшиеся в плен, были поставлены на работы по восстановлению замка. Им было объявлено, что после работ, поклявшись жить в мире с Ристанией, они могут быть свободны. Это их несказанно удивило: Саруман уверял их, что в Ристании принято сжигать пленников живьем.

К вечеру Теоден, Гэндальф и их спутники выехали в сторону Скальбурга. Лес стоял у них на пути, окутанный странной тьмой. Он казался дремучим и непроходимым. Но когда Гэндальф, скакавший впереди, приблизился к его краю, стволы расступились, ветви поднялись и отряд въехал под темные своды. Во мраке слышались непонятные звуки: скрип, отдаленные возгласы, неразборчивый гневный ропот, – но никого не было видно. Вскоре отряд выехал из леса, дальше дорога была свободна.

По дороге Гимли рассказывал Леголасу о чудесах пещер, в которых скрывались перед рассветом вместе с воинами Эомера. Он восторженно описывал прекрасные залы, высокие гулкие своды, витые колонны и стены, сверкающие драгоценными камнями, неподвижные озера, в которых отражается это великолепие, становящееся поистине сказочным, когда в озеро падает, зазвенев, капля воды со сводов, заставляя отражение колыхаться и искриться. Залы, своды, коридоры нескончаемо уходят в недра холмов и бесконечно множатся их красоты.

Эльф слушал его внимательно, он никогда не видел друга таким взволнованным. Это волнение передалось и ему. В конце концов, они уговорились, что если выйдут живыми из предстоящих опасностей, непременно побывают вместе в лесу Фангорна и в пещерах Агларонда.

Путь до Скальбурга был неблизкий, и только к концу второго дня они приблизились ко входу в долину. Она лежала перед ними темная, так как луна уже заходила, и из этой темноты поднимались столбы и струи дыма и пара.

– Что это значит, Гэндальф, – спросил Арагорн. – Долина словно кипит.

– Над нею всегда стлался дым, – сказал Эомер, – но такого я никогда не видел. Саруман стряпает какое-то зелье, не иначе: Изен пересох, он, верно всю реку вскипятил.

Они остановились на ночлег у высохшего русла и уснули, но среди ночи проснулись. Земля под ними вздрагивала, в воздухе носились какие-то шорохи, стоны, ропот, а в темноте по обоим берегам реки двигалось что-то темное, – словно огромная черная стена, медленно ползущая в сторону Скальбурга. Воины схватились было за оружие, но Гэндальф приказал молчать и не двигаться. Черная тень прошла и исчезла, все успокоилось. Проснувшись на утро, они увидели, что Изен, как всегда, струится в своем русле.

Неподалеку от Ортханка стоял у дороги каменный столб. На нем была изваяна Белая Рука. Когда отряд проходил мимо, все увидели, что изваяние забрызгано кровью.

Когда они подъехали к воротам Ортханка, был полдень, и сквозь туман проглядывало бледное солнце. Ворота были разбиты вдребезги, разрушенные стены превратились в нагромождение камней, а обширное пространство внутри кольца стен было залито дымящейся водой, из которой кое-где поднимались остатки каких-то развалин. Здесь у Сарумана было много подземных сооружений, ходов и кузниц, но все они были затоплены, разрушены и уничтожены. Дороги, со всех сторон сходящиеся к башне Ортханка и огражденные тяжелыми цепями на каменных столбах, исчезли. Башня одиноко высилась среди озера, словно черный утес.

Теоден и его спутники остановились, в полном изумлении глядя на это разрушение. Они видели, что мощь Сарумана сломлена, но не могли взять в толк, кто и как мог это сделать. В разрушенных воротах среди нагромождения камней, в окружении кувшинов, кубков и тарелок они увидели двоих хоббитов в серых эльфийских плащах. Пин крепко спал, а Мерри лежал, закинув руки за голову, и задумчиво глядел в небо. Заметив всадников, он вскочил и почтительно приветствовал Теодена.

– Мы охраняем ворота, – сообщил он. – Благородный Саруман находится в башне, но сейчас он заперся с неким Гримой, а то, конечно, сам вышел бы приветствовать высоких гостей.

– Ну, разумеется! – засмеялся Гэндальф. – Так это он приказал вам охранять ворота и встречать за него гостей?

– Нет, до этого у него руки не дошли, – серьезно ответил Мерри. – Он был слишком занят. Мы получили приказ от временного управляющего Ортханка. Он велел встретить правителя Ристании подобающими речами. По-моему, мне это удалось.

Но тут Гимли, не выдержав, кинулся к Мерри.

– Что это значит? – вскричал он. – Мы уже столько времени разыскиваем вас по лесам и болотам, сражаемся, а вы преспокойно сидите тут и пируете? Откуда у вас эта еда?

– И вино, – добавил со смехом Леголас.

Тут Пин приоткрыл один глаз.