97351.fb2 Мерцающая мгла часть 2 и 3 - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 12

Мерцающая мгла часть 2 и 3 - читать онлайн бесплатно полную версию книги . Страница 12

  В принципе, Михаил мог представить себе целую нацию отчаянных смельчаков, но это обычно у народов агрессивных, у которых любой трус вынужден проявлять смелость, если хочет жить. Викинги там, или монголы времен Чингисхана.

  - У эсков особенное восприятие мира, - рассказывал Хакун. - Они уверены, что судьба благосклонна к тем, кто судьбы не боится. Когда предки современных эсков пришли на побережье и стали рыбаками, они выходили в море, не принося жертв морским богам, и даже не писали заклинаний на парусах. Это возмутило других моряков, которые верили, что чистые паруса могут привлечь или разозлить морских демонов. Эски стали писать на своих парусах: "Будь, что будет". Это возмутило других моряков еще сильнее, но никаких бед не произошло. В те времена вера в морских богов сильно пошатнулась из-за смелости эсков. Раньше люди боялись моря, даже ловить рыбу рисковали только если... если были благоприятные приметы и разрешение от служителей богов. Если приметы были плохие, то предпочитали голодать, но в море не выходили. И с боевой наукой... У телре приемы и техники рукопашного боя являются клановыми секретами, у эсков, если кому-то удается изобрести новый прием или способ защиты, он немедленно показывает всем свое достижение. Их боевая наука открыта, потому развивалась быстрее, и потому эски дерутся лучше телре. И не только эски.

  - Ну так обучились бы боевой науке все островитяне, тогда и телре не страшны!

  - Телре слишком многочисленны. И в будущей войне с телре боевая наука эсков мало поможет. Все решит оружие. Пушки, ракеты, боевые корабли.

  - А разве у телре хорошее оружие?

  - Очень хорошее. Сейчас наше оружие лучше, но это не значит, что телре не могут нас превзойти.

  - Но ведь нужны технологии, чтобы изготовить оружие, а для этого нужна наука, а у телре нет ученых, они все воины...

  - Наукой у телре занимаются рабы. Богатые кланы выбирают среди рабов самых умных мальчиков, отдают в обучение. Рабы-ученые воспитываются в преданности к своим хозяевам, и живут они очень хорошо, как для рабов. А если рабу удается изобрести хорошее оружие, или хотя бы поучаствовать в изобретении, он занимает особое положение, выгодное. Роскошная одежда, большое жилье, много женщин... Наши ученые живут хуже.

  - Телре тоже живут хуже...

  - Где, в Тедой? Вы не видели, как живут воины влиятельных кланов. Конечно, большинство телре живут как в Тедой или немногим лучше...

  - Но ваше оружие все равно лучше?

  - Да, но... мы смогли скопировать оружие телре, а потом добавили кое-какие наши изобретения. А телре наше оружие не копируют, потому что слишком презирают морскую мерзость. И всегда будут презирать, однако, когда обнаружат, что наше оружие лучше, обязательно его скопируют. Скажут, что сами придумали. Но не это главное. У них целых два континента, а у нас только острова, у телре гораздо больше ресурсов. Любых. Они уже сейчас строят боевые корабли, однако пока только ведут учебные бои. Учатся воевать на море. Мы тоже готовимся - и корабли строим, и оружие совершенствуем, и проводим учения. Может быть и выиграем в первых морских боях, но потом, если телре навалятся... Или же они могут придумать что-то коварное, например - атаковать острова с воздуха.

  - Тогда вам нужны средства воздушной обороны. Специальные пушки, истребители, штурмовики...

  - Штурмовики?

  На цефане это слово звучало таким образом, что было ясно - штурмовик предназначен для нападения, а не обороны.

  - В этом и дело, - продолжал Хакун, - мы вынуждены обороняться, и даже не знаем, от чего. То ли нужно готовиться к морской войне, то ли к воздушной, то ли к подводной. А готовиться ко всему сразу мы не можем, нет ресурсов. Сейчас-то понятно, что телре надеются в основном на боевые надводные корабли, но что будет в будущем... Больше всего мы боимся, что совет кланов телре примет решение готовиться ко всему сразу - строить и самолеты, и обычные корабли, и подводные, и дальнобойные ракеты. А потом применят именно ту стратегию, к которой мы меньше всего готовы. Уже сейчас могут атаковать нас не с запада, а с востока. Или придумают что-то особенное, например - отравят океан.

  - Так им же самим достанется!

  - Может быть, но ведь мы не сможем защититься.

  - Лучшая защита - нападение...

  - Мы не можем атаковать континенты. Напасть можем, возможно, сначала будем побеждать, но у нас нет опыта сухопутной войны на больших пространствах. И возможностей тоже нет. Одно время надеялись использовать телре против телре, сыграть на вражде кланов. По-всякому пробовали, но, когда казалось, что раскол телре неизбежен, они договаривались. Самое большее - противоречия разрешались в учебных поединках между лучшими бойцами кланов. Общество телре очень устойчиво.

  У земного социолога подобное заявление вызовет кривую ухмылку. У социологов из других миров - тоже. А у пролазников - не вызовет, им известны примеры. Да хотя бы мир Большая Степь, пролазники уже лет пятьсот ждут, когда в социальном устройстве тамошних кочевников наступят перемены. Там много чего случилось - два изменения климата, технический прогресс дошел уже до нанороботов и освоения других планет, было несколько экономических кризисов, один экологический и один промышленный. Каждый раз наблюдающие со стороны пролазники ждали, что общественное устройство изменится, однако - нет. По прежнему кочуют. И разрабатывают проекты терраформирования других планет с таким расчетом, чтобы и там можно было кочевать.

  - Ну а если устроить... диверсии? - предложил Михаил.

  - Мы обдумывали разные возможности. Не только диверсии. Например - вызвать восстание рабов. Или распространить среди телре болезни, которые проявляются не сразу. Или внезапно атаковать с воздуха самые важные объекты. Но после расчетов стало очевидным - что бы мы не сделали, телре быстро научатся противодействовать. Мы только оттянем поражения. А может - даже приблизим.

  - Боитесь спровоцировать.

  - Да. Надеемся выиграть время.

  Михаил не знал, что сказать. Не разбирался он...

  А Хакун продолжил:

  - Возможно, мы выживем, возможно - победим. Но война в любом случае будет долгой. И кровавой, без сражений не обойдется. А в сражениях гибнут люди, причем - лучшие представители. Самые верные своему народу, самые смелые. Выжившие - ожесточаются. Мы перестанем быть собой, утратим то, что делает нас отдельными народами. Чтобы выжить, нам придется изменить свою сущность, стать похожими на телре. Не во всем, но во многом. И это тоже будет означать победу телре. Их восприятие мира победит наше.

  Это Хакун старался разжалобить Михаила. Кроме того, рассказывал разные ужасы про нашествие телре, про обращение с рабами. Например, смоляные ямы, где раба буквально приклеивают к рабочему месту. И не отклеивают, пока не выработает норму по добыче смолы, причем многие рабы до отклеивания не доживают - воздух в смоляных ямах малопригоден для дыхания. А тех рабов, которые норму выработали, отпускают. Именно отпускают, разрешают идти, куда хочет. Да вот только раб недолго наслаждается свободой, потому что выкашливает легкие.

  Или еще один факт - в некоторых кланах рабов по достижении тридцатилетнего возраста скармливают собакам. Живыми. Но если раб хорошо себя вел и выслужился перед хозяевами, то получает право - не на жизнь, ничего подобного, на быструю смерть. То есть, обещают убить его перед тем, как бросить собакам. Однако телре никогда не выполняли этого обещания, им неизвестно понятие честности, не говоря уже про человечность.

  Подействовали рассказы, Михаил был впечатлен, почти решил помочь островитянам. Ведь была до того мысль указать неправильное расположение лаза. Просто чтобы не выдавать тайну.

  Выяснил кое-что про общественное устройство островитян. Да, много разных народов, много островов, и системы правления разные - у кого демократия, у кого монархия, есть вполне анархические вольницы. Из представителей разных сообществ формируется Большое Собрание, причем представители туда попадают тоже разными способами - от выбранных по жребию, до назначенных "сверху" тем же Собранием. Представлять могут и один остров, и несколько, и часть острова, однако голосов у каждого "депутата" столько, сколько людей он представляет. Сейчас представителей больше сотни, понятное дело, что коллегия широковата, потому из Большого Собрания формируется Малое Собрание, в котором на данный момент девять человек. Ну а первое лицо среди островитян - глава Малого Собрания, сейчас женщина по имени Нелта.

  Михаил высказал сомнения в эффективности системы, Хакун уклончиво ответил, что пока удавалось договориться.

  Рассказывал не только Хакун, Михаил тоже отвечал на вопросы про другие миры. А попробуй не ответь - сразу доверие пропадет. Первый вопрос касался мира Дикой Зимы, в котором Михаил ни разу не был, только из рассказов Рянц кое-что знал. Этих сведений хватило, тем более, что по своей легенде Михаил в мире Дикой Зимы был недолго. И, тем более, что Хакуна больше всего интересовало Обитаемое Пространство. Михаил рассказывал почти честно - про приютники и Реку Ветров, про Систему Прямых Путей и долгожительство, про голодные кольца и безумие долгоживущих. Даже нарисовал по памяти уравнение времени, которое показывала Ласи. Еще Хакун расспрашивал о родном мире Михаила - тут можно было честно рассказывать о мире Планета Земля. В подробностях, которые убедили Хакуна, что Михаил не врет.

  Михаил попытался минимально изучить язык островитян, хотя бы уловить структуру и запомнить пару сотен слов. На всякий случай. Выучить язык тайком не представлялось реальной задачей, потому опять играл в открытую - нагло расспрашивал Хакуна и Хансуру чего как по-ихнему называется, как сказать "спасибо", "пожалуйста", "налево", "направо", "хлеб", "вино", "корабль", "оружие" и т.д. Обнаружилось, кстати, что многие технические термины заимствованы из цефана, и чутье подсказало, что это не просто кстати, а очень кстати. Хакун напрямую спросил, зачем это надо, пришлось намудрствовать нечто вроде того, что Михаилу еще, наверное, придется посещать Сехлес, значит и языком желательно овладеть.

  - Тогда вам лучше выучить язык телре, - вздохнул Хакун. Все еще агитирует.

  Хакун соблюдал правила островитянской вежливости - если Михаил отвечал на вопрос, не спешил задавать следующий, ждал, пока собеседник свой вопрос задаст. Иногда отвечал "не знаю", иногда прямо заявлял, что информация секретная. Играл в честность. Потому что сам все же хитрил, например, подливал Михаилу вина для развязывания языка. Вино оказалось не виноградное, а гранатовое, хорошее, но и коварное - чутье притупляет. Потому, в первый раз выпив лишнее, Михаил изобразил сонливость, а потом жаловался на головную боль, которой не было. Что дало повод от лишнего вина отказываться. Так, немного выпивал за едой - небольшие дозы не притупляли чутье, а наоборот, несколько обостряли.

  Так и доплыли. Порт Татана, что на острове Камь-Шуа оказался немаленьким. И бухты, и рейд переполнены разнообразными судами - от крохотных яхточек до огромных сухогрузов, от примитивных плотов с бортами до самого настоящего авианосца, про который Михаил не рискнул расспрашивать, вдруг - военная тайна? Тогда интересоваться - опасно для жизни.

  За отдельным молом покачивались на воде причудливой формы гидропланы. Видел издалека странный корабль - идет под парусом, но по форме явная подводная лодка, даже горизонтальные рули на надстройке. Расспросил Хакуна - да, так и есть, подлодки островитян тоже парусами не брезгуют в целях экономии топлива.

  Как-то не верилось, что островитяне слабее телре. Тем более - Камь-Шуа ближайший остров к континенту, казалось бы, островитянам нежелательно рисковать значительной частью своих кораблей. Разве что часть незначительная, но в это верится с трудом. А если островитяне на самом деле не боятся телре, то возникают подозрения в честности Хакуна. А может быть, что об угрозе со стороны телре знает только Большая разведка, остальным не говорят, чтобы не создавать паники. Или вражеских агентов побаиваются, потому секретность. Телре-то наверняка в тайне строят свои корабли, а если выяснится через агентов, что островитянам тайна известна, телре просто вынуждены будут ловить на своей территории шпионов - Хакуна с коллегами. Может оказаться, что и высокое начальство островитян не в курсе. Хотя вряд ли, много встречается военных кораблей, их без ведома главной власти не настроишь.

  "Морская черепаха" вошла в бухту, но почему-то не причаливала, бросила якорь посреди акватории. Уж не с Михаилом ли это связано, не хотят ему показывать что-то важное? Доверяют, но в меру?

  Михаил спросил, почему не причалили, но не Хакуна, а Хансуру. Та ответила, что их обычный причал занят, но глаза отвела. Хакун бы не отвел.

  Михаил распрощался с моряками через Хансуру, подхватил мешок с вещами, спустился в шлюпку. Никаких особых эмоций расставание не вызвало. Привык уже.

  Поплыли. Двое моряков - на веслах, Михаил, Хакун и Манун - пассажирами. Беглому рабу тоже доверяют в меру.

  Выбрались на низкий плавучий причал, ступили на твердую землю, точнее - на асфальт или что-то очень похожее. Пришлось сказать "до свиданья" еще раз - Манун и моряки пошли в одну сторону, Михаила Хакун повел в другую, вглубь города. Никакой торжественной встречи, хотя капитан "Морской черепахи" доложил по радио про Михаила еще в первый день. Значит, предпочитают сохранить "поимку" бродячего колдуна в секрете.

  Просто шли рядом, болтали о климате. Но Михаил явственно ощущал ненавязчивую слежку. Никаких "топтунов" не видел, чутье подсказывало. Впрочем - не оглядывался, не проверялся. Следят, и пусть себе следят, убегать смысла нет.

  Город большой, людей много. В порту по большей части склады, что естественно, а дальше архитектура разнообразная, много всяких стилей. Есть мазанки, есть маленькие уютные домики с палисадниками, есть богатые особняки. Социальное неравенство налицо. И вряд ли кого сильно смущает, в порядке вещей она. Как почти везде.

  Жители - в основном "полинезийцы", но встречаются и чернокожие, и совершенно нордические, и "арабы", и "китайцы". Одеты по-всякому, встречались даже "пончо", хотя никак не рабские - аккуратные, чистые и с орнаментами.

  А запуганной обозленности нет совсем. Наоборот, островитяне в большинстве выглядят беспечно-расслабленными. Действительно, не осознают угрозы? Насколько Михаил успел разобраться в островитянском мировоззрении, они всего лишь предпочитают не расстраиваться из-за будущих неприятностей. Так им удобнее живется.

  Механического наземного транспорта не видно, хотя Хакун рассказывал о местных аналогах автомобилей, и картинки в книгах показывал. А в порту попадались самоходные тележки-разгрузчики. Как будто специально для Михаила машины в город не пускают.